ГОНКИ ЭКСТРЕМАЛЬНЫХ ТЕКСТОВ

Задание:
Короткое политическое эссе (не предвыборное!)

Персона:
Виктор Черномырдин

Срок предоставления работ: 26 октября 1999 года (до 24.00 мск.вр.)


Полина Сумерк (г. С-Петербург)
ЧЕРНОМЫРДИН
Я - еврейка. Наполовину - по маме. У нас не очень все еврейское культивируется - так, мацу только на пасху едим, но когда пасха по календарю - я даже не знаю. В синагоге два раза может всего была. У меня там дух захватывало, оттого что все евреи вокруг, и что не надо стыдится, что я еврейка. Это там даже главный плюс. И на кладбище еврейском - то же самое, дух захватывает. Все кругом евреи, хоть и мертвые. Стою там, около бабушкиной могилы, а вокруг памятники. Мертвые евреи, а все равно, кажется, что они оттуда, из могил, всем управляют.
Анекдот еврейский могу рассказать. Стройбат. Солдаты копают, только Рабинович стоит, не копает, лопату в руках вертит-рассматривает. Лейтенант спрашивает: "Рабинович, почему не копаете?" - "Я кнопку ищу?" - "Какую, блять, кнопку?" - "Мотор включать". - "Рабинович, вы где видели лопату с мотором?!" - "А где вы видели еврея с лопатой?" Это о Черномырдине было - потом поймете.
Сама я не из очень богатой семьи, но у меня родственники в Москве, дядя. Он русский. У него дома рядом с обычным телефоном - вертушка. Кремлевская. Понятно, что это такое? Телефон.
Сижу я у дяди, квасим с ним хороший коньяк. Дядина жена телевизор смотрит в гостиной, братик мой где-то с дорогими блядями, наверное - судя по тому, как мне представляется его жизнь. Тут телефон на весь дом звонит - вертушка. Дядя ушел в кабинет разговаривать, а я в столовой одна сижу с бутылкой - как чужая. Икру намазываю, столица, блять. А дядя дверь не закрыл в кабинет, рукой мне оттуда машет. Я тогда нам с ним еще налила и пошла в кабинет с рюмками. На стол села (я с дядей всегда кобенюсь немного и подкалываю его за то, что он у нас в семье самый насосаный). Дядя слушает трубку и шепчет мне: "Черномор. Пьяный в сосиску". А из трубки: "Хуе-мое, хуе-мое" - один мат доносится. Потом дядя говорит мне, тоже подкалывает - по пятому пункту: "Про ВАШИХ рассказывает". Я к трубке тоже прислонилась ухом, а оттуда: "...жидомассоны ебаные. Ничего не сделать.Везде они. Все под себя тянут. Везде мешаются, гнут свое. Плюнуть некуда уже, не пернуть..." - и так далее про евреев. Ну, потом, когда они о делах стали говорить, дядя меня послал за бутербродами. Я его спросила потом: "Черномырдин что, антисемит?"
"Да они все там антисемиты..."
.
Вот еще фишка. Я была переводчицей на встрече премьера Швеции с Черномырдиным по поводу развития молочного бизнеса и списания русских долгов. Встреча была не протокольная, готовило ее PR-агентство, которое иногда приглашает меня переводить. Черномырдина ждали на молокозаводе. Туда из Швеции специально для этой встречи привезли молочное оборудование - весь двор им заставили. Пиаровцы все время переговаривались со свитой Черномырдина по трубке - он опаздывал. Шведов было человек восемь, все от молочного концерна. Премьер их был очень милый, Горон Першин (у меня его визитка сохранилась).
Наконец приехал Черномырдин. За ним выстроились наши молочники и охрана конечно тоже. Я вначале робела и переводила плохо. Но Черномырдин лапшу шведам вешал, ему было совершенно до фени, что говорить. Потом, когда у шведов какая-то заминка была, он со мной пошутил, а я его попросила подарить мне визитку. Он сказал: "Ладно, потом". Это "потом" до сих пор не наступило.
Визитку он мне не подарил. А ведь визитка - мелочь. И что после этого на евреев гнать? Москва, Поклонная гора. Сама я там не была, но это по двум каналам одновременно транслировали. То есть событие, выходит, сверхважное (прикалываюсь). На уровне похорон Гагарина, наверное: закладывали на Поклонной горе СИНАГОГУ. Опизденеть можно: раввинов по телевизору показывали, с развевающимися на утреннем ветру пейсами, элиту еврейскую всякую. Все в черных костюмах, строгие. И Черномырдин там тоже был, кстати - он премьер, при исполнении, значит. Потом лопату принесли совковую. Лопату дали Черномырдину и он ею копал, строил евреям синагогу. А вокруг стояли богатые евреи, все эти гусинские, с белыми чистыми руками. Очень хорошо они стояли. А наши предки видели это с небес.
Я смотрю половину театральных премьер в Москве, видела "The bird" и знаменитое "London" на Бродвее - но такого крутого шоу, какое устроили евреи для наших предков на Поклонной горе, видеть мне не приходилось. А звездой они назначили Черномырдина.